Boris Leonidovič Pasternak Livres

« Ma charmante, mon inoubliable ! Tant que les creux de mes bras se souviendront de toi, tant que tu seras encore sur mon épaule et sur mes lèvres, je serai avec toi. Je mettrai toutes mes larmes dans quelque chose qui soit digne de toi, et qui reste. J'inscrirai ton souvenir dans des images tendres, tendres, tristes à vous fendre le cœur. Je resterai ici jusqu'à ce que ce soit fait. Et ensuite je partirai moi aussi. »

Exploring the life of Boris Pasternak, this autobiography reflects on his experiences and thoughts following the acclaim of Dr. Zhivago. It offers insights into his artistic journey, personal struggles, and the broader cultural context of his time, revealing the complexities of his character and the impact of historical events on his work. Through candid reflections, Pasternak provides a unique perspective on the interplay between his literary achievements and the tumultuous world around him.

Boris Pasternak's groundbreaking collection, My Sister, Life, published in 1921, transformed Russian poetry and influenced a generation of poets, including Osip Mandelshtam and Marina Tsvetayeva. His evolving style, marked by simplicity, is evident in his later work, Early Trains. Pasternak's poetry delves into profound themes such as love, immortality, and spiritual reconciliation. Despite receiving the Nobel Prize for Literature in 1958, he faced political backlash from the Soviet regime, resulting in his refusal of the award, which was later accepted by his descendants in 1988.

"Мы были музыкой во льду..." - так обозначил Пастернак судьбу поколения, которому в 20-е годы пришлось "от лирики переходить к эпосу". Именно тогда им были созданы большие вещи, насквозь проникнутые революционной стихией: поэмы "Высокая болезнь", "Девятьсот пятый год", "Лейтенант Шмидт". Эпического жанра требовало время, и Пастернак этот вызов принял. Но "музыка во льду" - лирика, "высокая болезнь", потребность "индивидуальной повести" - жила все это время в зреющем романе в стихах "Спекторский". "Это возвращение на старые поэтические рельсы поезда, сошедшего с рельс и шесть лет валявшегося под откосом", - писал Пастернак О. Мандельштаму еще в начале 1925 года. И пять лет "Спекторский" был той самой "музыкой во льду", которая в начале 30-х, оттаяв, стала неудержимой лирической рекой "Второго рождения". В книгу включена и повесть "Охранная грамота", которая контрапунктом показывает жизнь самого автора на фоне событий, происходящих в поэмах. Законченная в 1930 году, в год смерти Маяковского, которого Пастернак называл "близнецом в тучах", она стала как бы прощанием с целой эпохой накануне нового творческого взлета. reply | flag *

В настоящее издание Бориса Пастернака вошли стихотворения 1912−1959 годов, а также роман «Доктор Живаго».Величайший лирик ХХ столетия, Пастернак от ошеломляющей избыточной метафоричности стихотворений 1910−1920-х годов приходит к не менее ошеломляющей и органичной свободе самовыражения книг «Второе рождение» и «На ранних поездах», достигнув затем в «Стихотворениях Юрия Живаго» и книге «Когда разгуляется» того провидческого состояния, когда «язык, родина и вместилище красоты и смысла, сам начинает думать и говорить за человека...».В 1958 году Б. Пастернак был удостоен Нобелевской премии «за значительные достижения в современной лирической поэзии, а также за продолжение традиций великого русского эпического романа». «Я весь мир заставил плакать над красой земли моей», — написал Пастернак о своем «Докторе Живаго». Роман, ставший причиной постыдного политического скандала, быть может, стоил писателю жизни...

Moskau, 1946: Im Büro eines literarischen Magazins begegnen sich der gefeierte Schriftsteller Boris Pasternak und die mehr als 20 Jahre jüngere Olga Ivinskaya. Es ist der Beginn einer leidenschaftlichen Liebesbeziehung zwischen dem verheirateten Autor und der schönen Witwe, die bis zu Pasternaks Tod währen soll. Doch Olga zahlt einen hohen Preis: Stalins Schergen verbannen sie zweimal in den sibirischen Gulag, und auch Pasternaks Familie setzt alles daran, den Dichter von seiner Geliebten und Muse fernzuhalten. Basierend auf Archivmaterial und Quellen aus Familienbesitz erzählt die Großnichte des Literaturnobelpreiträgers die Lebensgeschichte der Frau, die Pasternak zu Lara in Doktor Schiwago inspirierte. Ausstattung: 16 Seiten farbiger Bildteil